Самый страшный зверь на свете

специально для «Третьего пути»

Есть такой анекдот. В детском садике воспитательница спрашивает у детей: «Дети, скажите, какого вы знаете самого страшного зверя?». «Волка!» - закричал Петечка. «Тигра!» - сказала Мариночка. «Медведя!» - сказал кто-то еще. Вовочка: «КПСС!». «А почему КПСС?» - спросила воспитательница. «А потому что по радио все время говорят: съест КПСС, съест КПСС». Хотя в противовес этому анекдоту нередко рассказывают другой. Самый страшный на свете зверь это жаба. Потому что она задушила более половины человечества. Прошедшая неделя показала, что есть вещи еще страшнее.

В те дни, когда я уже перестал ходить пешком под стол, но до школы еще доведен не был, у моей кровати в качестве коврика лежала шкура теленка. Хрупко все в нашем мире: в один не прекрасный (для себя) день она начала рваться посередине. Выбивание пыли только ускоряло процесс дезинтеграции составлявших ее частей. И вот однажды, после очередного обильного вытряхивания, мой отец радостно заявил, что у меня теперь два коврика.

	цитата

Фландрия в одностороннем порядке провозгласила независимость», - сказала голова из телевизора.

Нечто подобное в прошлую среду услышали жители благополучной Бельгии. И речь шла вовсе не о коровьем коврике из детской: государственное ТВ Бельгии (RTBF) 13 декабря сообщило, что их Бельгии больше нет - Фландрия объявила о независимости, и страна раскололась на две части. Журналисты были столь убедительны, что большинство граждан не сразу распознали в этом изощренный гротеск. Несколько часов бельгийцы пребывали в состоянии шока перед своими телевизорами. Помехи в эфире, а вслед за ними надпись «Это, возможно, не выдумка». Когда вслед за этим появилась заставка специального выпуска новостей, вся Бельгия хотела только слушать и смотреть.

«Добрый вечер, мы очень извиняемся за прерванную программу. В этот действительно очень особенный момент мы представляем вам специальный выпуск новостей. Фландрия в одностороннем порядке провозгласила независимость», - сказала голова из телевизора. За этим последовала серия прямых включений - корреспонденты сообщали о политическом кризисе и расколе в стране, о том, что король покинул страну на самолете, о многотысячных митингах в Антверпене. Сбывались страшные кошмары одних политиков и смелые мечты других.

Бельгийский телеканал, оказывается, просто шутил

«Мы переживаем исторический и трагический момент – Бельгии больше не существует», - говорит глава немецкого меньшинства Бельгии Карл Хайнц Ламберц.

Уж очень реальными были символы: трамвай, который не может пересечь границу, почтовая марка с первой королевой Фландрии Астрид, новая расцветка полицейских машин, новые паспорта Фландрии, автомобильные номера и свой телефонный код. Полицейскому отдают приказ: вы будете охранять новую границу, он отвечает: «Вот черт!», а лицо ведущего все так же серьезно.

Даже титр «Это выдумка», появившийся затем внизу экрана никого не убедил, а многие продолжали верить и после признания: «Вы, должно быть, поняли - спецвыпуск, который вы видели, - выдумка». Но поняли не все - возле королевского дворца после эфира собрался небольшой, но уже настоящий митинг противников отделения Фландрии. Тот факт, что многие приняли шутку журналистов за чистую монету, косвенно подтверждают слова некоторых участников того митинга: «Я сказала своему мужу - мы пойдем к королевскому дворцу и посмотрим, что же происходит». «Я видел, что там написано, что это выдумка, но я не поверил». «Что бы это ни было, бельгийцев, конечно, надо было разбудить».

На следующий день появились данные экспресс-опроса, согласно результатам которого 89 процентов зрителей поверили в то, что новости, переданные RTBF в прямом эфире, являются правдой.

На утро газеты Бельгии бурно обсуждали телевизионный юмор

Телеканал наслаждался вниманием публики, объясняя, что мистификация была сотворена ими только ради того, чтобы продемонстрировать все негативные последствия возможного раздела Бельгии на Фландрию и Валлонию. Уже ходе трансляции на телеканал обрушились звонки встревоженных телезрителей, а его Интернет-сайт из-за большого числа посетителей был недоступен около двух часов.
«Однажды в Бельгии» напомнило известную историю о выгуле ослов, когда в некой газете появилось рекламное объявление, приглашающее всех желающих бесплатно посмотреть на публичный выгул этих животных. В назначенное время любители халявных зрелищ пришли на указанную площадку, смотрят, а никаких ослов и нет – только люди, блуждающие в поисках этих самых ослов! Т.е. ослами были те, кто пришел, «купившись» на объявление.
Произошедшее в Бельгии еще раз показало, насколько могущественны в нашем мире масс-медиа. Оно же заставило еще раз задуматься над ролью СМИ в постиндустриальном обществе, явив собой ярчайший пример манипуляции сознанием уже не отдельных социальных групп, а целой нации. Если 20-ый век возвел СМИ в ранг четвертой власти (господство над сознанием людей), то в нынешнем столетии каналы информации играют определяющую роль уже во всех значимых социальных процессах, причем, при желании, на всех их уровнях. Ведь неспроста говорят, что владеющий информацией владеет миром. Независимо от того, касается ли это только экономической сферы, или политической. Тем более, в наше время эти понятия часто бывают неразделимы, как бы произрастая одно из другого: финансовое могущество может дать политическое влияние, а участие в политике нередко приводит в материальному благополучию.
18 июня 1815 года, когда Наполеон проигрывал англичанам битву при Ватерлоо, по легенде, за сражением внимательно наблюдали Натан и Якоб Ротшильды. Кроме финансовых забот, Ротшильды могли позволить себе лишь одно хобби - почтовых голубей. После битвы голуби были немедленно выпущены с шифрованными инструкциями, привязанными к лапкам. Однако Ротшильды не хотели рисковать и, едва убедившись, что Наполеон проигрывает сражение, Натан, загоняя дорогих лошадей, сам помчался в Лондон. 

Президент Гарри Трумэн с номером "Чикаго Дейли Трибьюн", вышедшей с заголовком "Дьюи победил Трумэна". Виной столь "неточного" заголовка явилась не манипуляция, а спешка при сдаче номера в печать (1948 год)

Утром Натан Ротшильд явился на Лондонскую биржу. Он был единственным в Лондоне, кто знал о поражении Наполеона. Сокрушаясь по поводу успехов Наполеона, он немедленно приступил к массовой продаже своих акций. Все остальные биржевики сразу же последовали его примеру, так как решили, что сражение проиграли англичане. Английские, австрийские и прусские ценные бумаги дешевели с каждой минутой и оптом скупались агентами Ротшильда. О том, что Наполеон проиграл битву, на бирже узнали лишь через день. Многие держатели ценных бумаг покончили с собой, а Натан заработал 40 миллионов фунтов стерлингов (просто астрономическая для того времени сумма!). Реальная информация, полученная раньше других, позволила Ротшильдам вести беспроигрышную игру на бирже.
Также уместно в этой связи привести и пример России образца августа 1998 года. Лица, у которых был доступ к определенной информации, первыми успели «сбросить» злополучные ГКО и их финансовые потери были несравнимы с потерями тех, кто такой информации, наоборот, не имел.
Мне представляется любопытной история, связанная с семисоткилометровым марш-броском в июне 1999 года двухсот российских десантников на бронетранспортерах из Боснии через Белград и всю Сербию на главный Косовский аэродром в Слатину, которая стала одной из самых больших сенсаций конца минувшего века. Причем, не только политической, но еще и медийной: существует легенда, что тогдашний президент США Билл Клинтон узнал о происходящих на Балканах «бесчинствах русских» из прямого эфира «CNN».
Не помню точно, что же именно рекламировали недавно в одном импозантном ТВ-ролике (может быть, Интернет-страницу все того же «Cable News Network»), но сделано сильно. Парень смотрит на экран монитора, а там – горящие «башни-близнецы». Затем резко вскакивает, подзывая к компьютеру, судя по всему, своего начальника. Тот, видя такое дело, пулей вылетает из помещения. Следующие несколько мгновений подробно показаны в фильме «Фаренгейт 9/11» Майкла Мура. Президент Буш читает вместе детьми сказку про козлика, а помощник что-то шепчет ему на ухо, то бишь докладывает о случившемся. Буш не знает, что ему делать, находится в полном замешательстве, неуклюже пытаясь рассказывать сказку дальше.
Воистину, «Be the first to know» («узнайте первыми»). Ход беспроигрышный: если уже первое лицо сверхдержавы узнает о чем-либо из общедоступного информационного ресурса, а не из собственных источников, а, ясно дело - это достойный ресурс информации. Только не надо воспринимать СМИ как истину в последней инстанции – это опасно.
Возможные последствия шутки Бельгийского ТВ можно сравнить с результатами отсутствия одного предмета из бессмертного стихотворения «От того, что в кузнице не было гвоздя». Эти последствия могли быть очень серьезными.
Демократизация большинства современных обществ и распространение всемирной компьютерной «паутины» внесли в схему «владение информацией есть владение миром» существенные коррективы. Нужной им информацией в наши дни при желании могут обладать абсолютно все. И главное: использовать ее в своих интересах.
Главный редактор радио «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов недавно рассказал такую историю. Дело было в январе 1996: из источника, заслуживающего доверия, он получил информацию о смерти президента России Ельцина. На самом деле это была т.н. «деза», однако некоторое время думал, ставить в эфир или нет новость о том, что «что дедушка помер».
Спас его только журналистский нюх. Информатором оказался один офицер ФСО (Федеральная служба охраны), фанат «Эха», который иногда звонил на радио и говорил: Борис Николаич едет туда-то, высылайте корреспондента. Президент прилетает в какой-нибудь город, а там - опа! - его встречает человек с микрофоном их «Эха». Как только информация о «смерти дедушки» была получена, встали вопросы: Что делать? Выстрелить и уничтожить конкурентов? А вдруг это деза? И тогда Венедиктов позвонил Егору Гайдару, он же жил в президентском доме на Осенней улице в Москве. Ничего последнему не сказав, только попросил: Егор, выглянь, пожалуйста, в окно. Зачем? Я тебя прошу. Ну, там все в порядке? (Если бы было усиление охраны, то было бы все понятно...) В порядке.

После чего было принято решение - все, отбой, информацию не давать. Затем оказалось, что этого человека подставили, зная, что он работает с «Эхом». Специально. По воспоминаниям Венедиктова, радио потом долго выясняло ходы - каким образом? То есть понятно, что бы это вызвало. Обрушился бы российский рубль. Кто-то нагреб бы миллиардные суммы. Заодно подставилось бы «Эхо Москвы». Его бы, скорее всего, закрыли, предварительно затаскав до плешей в эфире по судам. Пошла б цепная реакция. За «Эхо» бы вступились понятно кто - Чубайс и т.д. На них бы наехали, и такое б началось... Коржаков (на тот момент начальник службы охраны президента Ельцина), сказал бы - посмотрите на ваших «прогрессивных» журналистов! А у Ельцина тогда рейтинг был три процента! В России после этого никаких президентских выборов в тот год могло бы и не быть. (Медийный скандал в Бельгии и рядом не стоял!) Возможно, что ту операцию придумали российские чекисты, но по «глупости» редактора радиостанции она сорвалась.
Но вернемся к Бельгии, премьер-министр которой Ги Верхофстадт после описанных событий сделал специальное заявление, в котором назвал «безответственными» действия сотрудников канала, сообщившего «о распаде Бельгии как о реальной новости». Для него телепередача стала сильным ударом в день открытия саммита ЕС, на котором предстояло вести речь о принципах перестройки союза и пересмотре стратегии его расширения. Дело в том, что у целого ряда стран Евросоюза существуют мечтающие о независимости области: Шотландия и Северная Ирландия в Великобритании, Каталония и Страна басков в Испании, Корсика в Италии и другие. Независимость одного такого региона может повлечь за собой процесс, в ходе которого Евросоюзу придется задуматься не о расширении за счет новых участников, а о реинтеграции отошедших регионов в состав их коренных стран для поддержания целостности содружества. Кроме того, раскол Бельгии - это то, чего ее власти боятся с момента основания крошечной страны, состоящей их двух общин: франкоговорящей Валлонии на юге, и Фландрии на севере, где фламандский язык. Посередине - двуязычная столица Брюссель, и все 176 лет (в прошлом году Бельгия отметила еще и 25 федерализма), что государство существует, всегда были фламандцы, которые хотели отделиться. Страна с каждым годом все больше скатывается к расколу. Речь даже уже идет не о том, нужно ли раскалывать десятимиллионную страну, а о том, когда именно это произойдет. Вот, оказывается, в какое тяжелое для страны время журналисты ТВ решили немножко пошутить!
Теперь вопрос: возможно ли, пусть даже чисто гипотетически, нечто подобное в Беларуси? В таком виде, конечно же, нет. Невозможно. Во-первых, согласно Конституции, Республика Беларусь является унитарным государством, а посему бельгийский юмор нам будет не совсем понятен. Во-вторых, представители контрэлиты постоянно упрекают белорусские власти в монополизации электронных и печатных СМИ. Возможно. Горе побежденным: здесь, как в футболе, надо было меньше пропускать и самим больше забивать - ведь многие из людей, стоящих на антагонистических позициях к белорусской власти, отчасти, сами виноваты в сложившейся ситуации: в свое время они совершили непростительное множество ошибок, итогом чего стали серьезные поражения. Многие из этих людей, кстати, свой образ «гонимых» используют не без выгоды для себя.
Помниться, в начале октября уходящего года произошло прелюбопытное событие: в утреннем эфире «Нового радио» прозвучало обращение к Александру Лукашенко, в котором один из сотрудников радиостанции призвал Главу государства «оградить коллектив радио от произвола руководства Федерации профсоюзов Беларуси» (хозяина радиостанции). Вернее некоторые негосударственные СМИ подали эту историю как прелюбопытную, чуть ли ни под соусом «Все, началось!».

И тут же благополучно забыли.

	цитата

Произошедшее в Бельгии еще раз показало, насколько могущественны в нашем мире масс-медиа.

Не смею усомниться в присутствии юмора у сотрудников, скажем, государственного ТВ Беларуси. На так давно меня немало позабавил репортаж ОНТ о действиях браконьеров в отношении бобров, в котором прозвучали слова: «Некоторых из бобров опознали с трудом»… А демократическая общественность ругает ОНТ. Вот не будет его - когда еще так посмеемся? Или у кого-то вызывают улыбку сухие репортажи какого-нибудь «ЕвроНьюс»? У меня не вызывают.

Однако мы не можем говорить о СМИ как четвертой власти ввиду того, что ресурсы ее независимости, к сожалению, весьма ограничены. Это касается всех стран бывшего СССР и большинства стран Восточной Европы. Ведь, кто девушке платит – тот ее и танцует. Это пока что нормальная практика для трансформационных обществ, где СМИ являются, в первую очередь, инструментом и каналом влияния на нужные целевые группы. До свободы прессы по-скандинавски еще надо дорасти, и там эта свобода появилась не в одночасье.

Есть такая поговорка: «Не стреляйте в пианиста, парень зарабатывает на жизнь, как умеет». Возможно, именно поэтому журналистику сегодня называют второй древнейшей профессией.

На все нужно время.