Дуем щеки

«Белорусская деловая газета», 05.08.05

Блуждание между Москвой и Минской нового посла РФ придало особую пикантность политической ситуации, сложившейся в вотчине А. Лукашенко на пороге нового политического сезона. Безусловно, трудно представить господина Аяцкого, пробирающегося, аки тать в ночи, «дремучими» смоленско-могилевскими лесами в сторону минского «городища», однако постоянные оттяжки с его отъездом и даже исчезновение на пороге железнодорожного вагона привлекли внимание не только белорусской, но и российской общественности. Судя по всему, в первопрестольной отдают себе отчет в том, что в результате появления бывшего саратовского губернатора в минских посольских покоях у новостных каналов несомненно прибавится работы в белорусской столице. Во всяком случае, будет любопытно понаблюдать, как уживутся в «одной берлоге» два близких по темпераменту и одинаково считающих свои нынешние должности чем-то временным политические «медведя». 

Учитывая, что господин Аяцков, являясь ярким представителем российской элиты, олицетворяя в ней особую категорию издревле направляемых Боярской Думой на «кормление» «воевод», то можно не сомневаться, что новый посол РФ не оставит без своего внимания ни одного поворота постепенно набирающей свой ход кампании по очередным выборам А. Лукашенко на пост президента Республики Беларусь. Наблюдение за реакцией Главы белорусского государства на несомненно обильные комментарии из-за посольского забора поможет белорусской «элите» представить всю полифоничность и многоцветье российского политического бомонда, о включении в состав которого представителей белорусского правящего класса не раз толковал белорусский президент. Так что можно считать, что назначив Аяцкова послом в Минск Москва одновременно организовала «мастер — класс» для высшей белорусской номенклатуры, для которой до сего времени молчаливое просиживание штанов на многочисленных заседаниях в Администрации президента являлось вершиной карьерного роста. В общем, хотели потягаться с российской элитой, вот вам Аяцов. Потренируйтесь пока на нем, если ноги унесете…

Тем не менее, попутно возникла интересная «загогулина». Вместо открытой политической поддержки планам действующего президента союзной с Россией державы увековечить свое правление ещё лет на пять, а там и сынка не забыть, официальный Минск получает не только уже ставшим традиционным с октября 2004 года гробовое молчание Кремля, но и говорливого посланника. В результате последнего такого «разговора», осуществленного на берегах великой русской реки Волга, господин Аяцков, видимо вспомнив классическую русскую литературу, вдруг жестко заявил, что А. Лукашенко, не может претендовать на роль не то что, «владычицы морской» или «царицы», но даже и «дворянки столбовой», а следовательно, не быть ему Аяцкову — «рыбке золотой» у А. Лукашенко «на посылках». Получай, мол, белорусский президент, «землянку» в Дроздах с «разбитым корытом» и нечего «щеки дуть», претендуя на допуск к российскому «ядерному чемоданчику». Давненько ни кто так не ставил Лукашенко на место… 

Естественно, «воевода», а ныне посланник московский Дмитрий Аяцков в корне не прав. Вся деятельность белорусского президента и заключается в неустанном «надувании щек» по поводу своей глобальной незаменимости на президентском посту. По сути А. Лукашенко посвятил себя активному «раздуванию» всего, что попадется под руку — библиотека, в которой вдруг оказались свободные площади (зачем столько строили?); спутник, который из российско-белорусского вдруг стал чисто белорусским и уже сейчас позволил (до старта!) войти Беларуси в число «ведущих космических держав» за каких-то 9 (девять) миллионов долларов — цена двух средних более — менее современных свинарников; медицина, которая иногда на экране телевизора даже кого — то лечит, агрогородки с барами и клубами (не путать с гольф — клубами) и населением, одичавшим от повальной безработицы, и т.д. На прошлой неделе кто-то из государственных тележурналистов, видимо совершенно одурев от столь массированного президентского пиара, вдруг заявил, что в будущем полете на Марс будет участвовать и белорусский космонавт. И это правильно, так как мы все уже сейчас знаем, как это будущего марсианина зовут… В общем, «дуем» так, что никаких «щек» не хватит…

Другое дело, что даже усиленное раздувание политических «щек» не содействует попыткам официального Минска завязать с Москвой хоть какой-то перспективный торг о своем политическом будущем. 

Естественно, с Москвой можно и не торговаться, можно вообще её проигнорировать, так как несомненно, что её влияние на социально-экономическое и политическое состояние Беларуси значительно, но не монопольно. Действительно, стоит задаться вопросом — столь ли важно для современной Беларуси помощь и поддержка Москвы? С одной стороны, белорусов после стольких лет интеграционного оболванивания трудно убедить жить в холодных квартирах без горячей воды, как пришлось несколько лет пострадать жителям Балтии в первой половине 90-х годов. Привыкли, в общем, к некоторому интеграционному комфорту. Экономика тоже привыкла к газу за треть мировой цены, нефти на 30% дешевле, чем у соседей, допуску на российский рынок, кредитам по первому слову. Привыкла и внешняя политика, позволяющая себе под российским «зонтиком» изображать из Беларуси «единственную в Европе подлинно независимую и суверенную державу». Выживет ли без всего этого Беларусь? Крайне тяжело, так как даже наш хваленый рост экспорта в страны ЕС непосредственно связан с продажей переработанной российской нефти (картошку и трактор «Беларусь» в Нидерланды мы не поставляем). Однако, без сомнений, даже в случае худшего сценария, страна удержится на карте мира, но это будет другая Беларусь и с другими властями. Вот в этом то и «зарыта собака». Политическая карьера А. Лукашенко непосредственно связана с интеграционным процессом, выродившимся в белорусских условиях в регулярный отчет «батьки» — доставалы «дефицита» перед многочисленным загребущим «семейством» из директората, агрогенералов, внешторговцев, банкиров и таможенников, для пропитания которых нужно тянуть трубы с газом и нефтью, автопоезда с транзитом, а также разгружать склады предприятий от неликвидного на мировом рынке товара. 

Так что политическая поддержка от Москвы нужна лично А. Лукашенко. А может ли он без нее обойтись? Действительно, зачем белорусский президент потратил почти год (2003 — 2004), уговаривая Кремль поддержать его конституционный референдум, а в итоге все рано провел свой всенародный опрос под гробовое молчание российской исполнительной власти и антилукашенковскую кампанию, развернувшуюся на российских каналах в октябре 2004 года? Может быть, мы сами себе голову морочим и по примеру белорусского президента «дуем щеки» говоря, что А. Лукашенко не решится и т.д., а он решится со всеми печальными последствиями для страны, её народа, да и для той же Москвы? 

Конечно, А. Лукашенко решится, у него нет другого выхода, но ситуация сейчас не 2004 года, когда мы ждали со дня на день референдум, а августа 2005 года и до выборов двенадцать месяцев, в результате которых А. Лукашенко должен получить легитимное право на власть.

Референдум мир не признал. Даже исполнительная власть России его итоги проигнорировала. Исходя из этого факта, а это факт, и как бы кому из белорусских властей и белорусской оппозиции не хотелось услышать из уст В. Путина поздравления белорусскому президенту с итогами референдума 2004 г., но они таких слов до сих пор не дождались, для основной части мира и большинства членов СБ ООН участие А. Лукашенко в выборах 2006 года является незаконным. Но вспомним сентябрьский 2004 года комментарий У. Латыпова — «Референдум — это ещё не выборы». Ведь прав был Урал Рамдракович, так как одно дело не признать итоги всенародного опроса, а другое дело — президентских выборов. А как их мир признает, не признав в свое время право А. Лукашенко на «третий срок»? Осталась Россия. Признание итогов уже сейчас вполне понятных выборов 2006 года Москвой микширует непризнание всего мира. Однако сомнительно, что за месяц до выборов в Беларуси В. Путин, проводя в роли председателя заседание «восьмерки» в Санкт — Петербурге, станет объяснять главам ведущих стран мира необходимость поддержки А. Лукашенко. Это будет даже не скандал, а нечто невиданное…

Как мы и ожидали, отмечая неделю назад, что «А. Лукашенко патологически не умеет хранить тайн. Он открытый человек и очень быстро тем, что знает, делится с народом» («Шестой заход на Кремль»), белорусский президент, посчитав, что целых шесть дней отмалчиваться — для В. Путина слишком много чести и нарушив договоренность с российским президентом, провел одностороннюю (!) пресс-конференцию. В этом случае он сам себе присвоил право цитировать В. Путина в любом месте и в любом контексте. 

И все бы ничего, если бы белорусский президент не переборщил в традиционном «надувании щек». В итоге возник странный винегрет из не стыкующихся друг с другом блоков. Прежде всего, суммируем мажор: «Мы договорились о дальнейшем развитии интеграции наших стран и дальнейших реальных шагах в наших союзнических отношениях», «Мы договорились с президентом России, что несмотря на внутриполитическую ситуацию и ситуацию складывающуюся вокруг наших стран, мы будем действовать в едином ключе», «Он (В. Путин — А. С.) согласился со мной и что по его данным внутриполитическая ситуация в нашей стране абсолютно стабильна, более того, высказал поддержку и удовлетворение тем процессам, которые происходят внутри Беларуси, как в области экономики, так и социальной сфере». В итоге, возникает ощущение, что на союзном «фронте» все просто отлично и недалек тот день, когда место России в СБ ООН займет Союзное Государство России и Беларуси. Тем более, что, отвечая «некомпетентным российским политикам» белорусский президент заявил, что «Нам ничего активизировать не надо, мы идем гораздо дальше и глубже в интеграционной политике, нежели Российская Федерация». 

Однако вдруг выясняется, что несмотря на полный интеграционный «май, именины сердца» Высший ГосСовет СГ из планируемого сентября укатил в ноябрь, от которого до Всебелорусского народного собрания рукой подать. Да и вопрос, вынесенный на этот ГосСовет всего пока один — обсуждение (в сто первый раз!) проекта Конституционного Акта — «Мы четко определились, что мы будем обсуждать прежде всего Конституционный Акт»…Вот тут и зародилось подозрение, что политическую поддержку от В. Путина А. Лукашенко не получил и он идет на выборы без прикрытия. Если это так, то в нем и заключен главный итог встречи в Завидово, так как остальные «успехи» Лукашенко — Россия согласилась сначала решить вопрос о Конституционном Акте, затем избрать парламент, наделить функциями «органы власти» (!) и только потом решить вопрос о единой валюте, говорят не об особой пробивной силе А. Лукашенко, а о том, что Москва махнула рукой — «хочешь дальше играться в интеграцию, ну так забавляйся, „дуй щеки“…». 

Затем туман вокруг последних встреч двух президентов стал расползаться на глазах. Не осталось сомнений и в том, что именно искал А. Лукашенко в Сочи, Москве и Завидово — политической поддержки. «Что касается поддержки, я не могу обидеться на президента России. Он всегда меня поддерживал и в данном случае не столько меня, сколько белорусский народ и страну, которая проводит правильную нормальную политику в интересах Российской Федерации… В России понимают, что единственный надежный союзник у них остался один. Это Беларусь». При этом ни слова о политической поддержке участия белорусского президента в выборах!

Попутно белорусский президент подтвердил наше предположение о том, что он не поддержит «встречное предложение» В. Путина, о чем мы писали в мае 2005 г., об ускорении процесса объединения двух стран: «До президентских выборов в Республике Беларусь никаких телодвижений в плане единого государства, продления чьих-то полномочий каких-то президентов, короче игры в политику ради того, чтобы удовлетворить личные амбиции глав государств одного и второго, не будет». Итак, ещё одна версия благодаря словоохотливости белорусского президента обрела плоть и кровь несомненного факта. 

Что же остается А. Лукашенко? Бодриться, полагаться на самого себя: «Я не втягиваю Российскую федерацию, как и в прошлые, выборы, во внутриполитический процесс в Беларуси. Мы сами, у нас хватает ума, силы, убедительности, а у нашего народа рассудительности, чтобы сделать соответствующие выводы. Поэтому вмешиваться в наши дела и нам в кавычках помогать, не надо…Мы ни в коем случае не будем требовать или просить со стороны руководства России оказать нам какую — то помощь». Очень душещипательно, если не знать, что оставшееся до выборов время Минск будет занят прежде всего тем, чтобы «втягивать Российскую Федерацию» на свое политическое поле в качестве политической поддержки. Ведь Александр Григорьевич потому и появился в Завидово, что имел «на плечах» польский кризис. Во всяком случае, именно к этому его подталкивали головотяпы — советчики, шепчущие ему в ухо «Или сейчас или никогда». 

Кто только в истории не паразитировал на традиционной польско-российской «любви» — начиная с татар и турок и заканчивая шведами, французами, австрийцами и Гитлером. Вот и А. Лукашенко встал в тот же ряд. Формально, начиная этот кризис, белорусские власти исходили из традиций посттоталитарной национальной уравниловки — все национальные общины должны сидеть по культурным гетто и славить вождя. Но они не учли особенностей — одно дело контролировать общества советских эмигрантов — маргиналов, которые, как ни странно называются русскими, а другое дело держать под контролем мощную и структурно объединенную (включая религией) общину выходцев из страны — члена ЕС и НАТО. В принципе, как повод для ускоренных консультаций В. Путина с «единственно оставшимся союзником» польский кризис был идеальным вариантом, но в Завидово Москва не выразила готовности влезать в польско — белорусские распри. У них своих проблем с Варшавой выше головы, могут поделиться… 

После Завилово польский кризис для Минска оказался картой отыгранной и возникло ощущение, что белорусское руководство не против закопать «топор войны». Но оказалась, что Варшава тоже не любит помахать дипломатическим «томагавком»…

Польскому руководству кризис вокруг польского меньшинства в Беларуси оказался весьма кстати. В Польше скоро выборы. Кроме того, Варшава никогда не упустит момента, чтобы подчеркнуть свое «приграничное» положение и свою особую европейскую «цивилизаторскую» роль. В итоге, конфликт усилиями с обеих сторон вышел из-под контроля и началась его эскалация. Нельзя не отметить, что А. Лукашенко, как говорится, «шестым чувством» ощущает опасность: «Вы понимаете, что мы ввязались в очень тяжелое противостояние. Как в народе говорят, в драку». Но тут как тут снова вылез соблазн все-таки втянуть Россию в конфронтацию с НАТО, Вашингтоном и заставить хоть мытьем, хоть катаньем признать итоги выборов 2006 года у «единственного союзника». Вот и взваливает А. Лукашенко на Запад ответственность за взращенный собственными руками кризис. Нет нужды объяснять, насколько это сложная и чреватая самыми невероятными изгибами игра. Безусловно, что А. Лукашенко проиграет в ней не только потому, что Москва и пальцем не шевельнет в его поддержку и не только из-за того, что Минску в итоге придется противостоять всему Западу, а просто потому, что и Варшава и Москва гораздо искушенные и опытнее А. Лукашенко в «разруливании» подобного рода конфликтов.

В итоге, А. Лукашенко грубо спровоцировали свои же горе — инициативщики. 19 июля он явился к российскому президенту и, как следствие, выложил на стол все «домашние заготовки» , нажаловался на Варшаву, а уехал домой ни с чем. Все свои «карты» белорусская сторона добровольно (!) раскрыла за шесть месяцев до формального старта предвыборной кампании. С этого момента президентская команда уподобилась команде американского Space Shuttle, с которого при взлете сыпется обшивка, как кожура с банана. Но ничего, не в первой, «надуют щеки» и ввяжутся в бой…